Аквамарин  - Андреас Эшбах

– Да, но она же будет транслировать сюда, к нам?..

– Нет, это не так работает. Ушная камера транслирует только в Сеть. А оттуда теоретически любой может посмотреть трансляцию. Конечно, только если у вас есть соответствующий пароль.

Похоже, это успокоило миссис Бреншоу. Она склоняется над стеклянной столешницей, дотрагивается пальцем до одного из символов меню и ищет.

– Ага, вот. «Зал для вечеринки», – произносит она. – Наверно, это оно и есть?

Не дожидаясь ответа, она включает трансляцию. Над столом возникает голограмма, но там пусто.

– У вас умный сын, – считает профессор Боннер. – Он догадался не включать камеру, пока не оказался далеко отсюда.

Миссис Бреншоу вздыхает и опускает руки на колени.

– Как назло, мужа именно сегодня нет… Звонить ему опасно, да? У нас есть такое правило в организации: никаких звонков и писем, если речь идет о субмаринах.

– Очень разумное правило, – соглашается профессор Боннер и делает глоток кофе. При этом его взгляд падает на меня. – Саха, – говорит он. – Что с тобой? Ты такая… тихая?

В тот момент, когда он произносит это, я вдруг осознаю, что сижу вся скрючившись, будто пытаюсь спрятаться за подлокотник дивана. Я выпрямляюсь, заставляю себя опустить плечи.

– Просто вспомнила кое о чем, – отвечаю я. «Это скорее всего от испуга, – говорю себе. – От шока из-за нападения». – О том, что однажды встретила субмарина.

Все взгляды обращаются на меня.

– Правда? – спрашивает миссис Бреншоу.

– Да, – говорю я. – Это было в последний учебный день. Довольно далеко в море. Он сказал, что его зовут Плавает-Быстро.

Глаза миссис Бреншоу и Норы Маккинни становятся огромными от удивления, у обеих одновременно. В другой ситуации это выглядело бы забавно.

– Он назвал тебе свое имя? – не может поверить Нора.

– Да, – подтверждаю я. – Он был… мил.

И действительно, тут я понимаю, что это был первый человек в моей жизни, сказавший мне: «Привет, красавица».

– Но когда я объяснила ему, что я пришла с суши, он бросился наутек.

Они обмениваются многозначительными взглядами, потом Нора произносит:

– Саха, это просто невероятно. Одна встреча – и ты узнала их лучше, чем мы за многие годы. Ты могла бы стать бесценной посланницей, ты это понимаешь?

Я лишь криво усмехаюсь. Что тут скажешь? Сейчас у меня несколько иные проблемы.

И тут включается трансляция.

– Ну что, поехали, – произносит очень громко голос Стива, а на голограмме появляется прыгающее изображение. Мы видим то, что видит Стив: белесую, мощенную камнем дорожку вдоль территории порта, сухие кусты, сетку вокруг рыбоводного цеха и то и дело акваторию порта на заднем плане.

Джон настраивает голограмму таким образом, чтобы нам со всех сторон было видно одно и то же. Стив и остальные особо не переговариваются, слышно в основном сопение. То и дело он оглядывается по сторонам, чтобы удостовериться, что за ними никто не следит.

– Погоди, – произносит чей-то голос. Появляется плоское лицо с японскими чертами. Это, наверно, Харуки. Он напряженно куда-то вглядывается, потом улыбается. – Всё в порядке, они прошли.

Кто прошел? Этого мы не узнаем.

К прыгающему изображению надо привыкнуть.

– За стеной – вниз, – говорит Стив. Снова безумная чехарда, сухая трава, камни. Потом забор, калитка, кодовый замок.

Мы видим, как Стив достает записку с кодом.

– Пять, один, – говорит он и нажимает нужные кнопки. – Один, два. Ноль, три.

Замок издает короткое жужжание, и калитка открывается.

– Заходим, – шепчет Стив.

Кирпичные стены цеха приближаются, проносятся мимо. Взгляд то и дело опускается. Старые каменные плиты, все в трещинах, сквозь которые пробивается трава, кое-где она выросла выше колен. Стив держит что-то в руке, это фонарик. Задняя дверь из железа, краска давно сошла, а металл стал темно-коричневым от ржавчины. Всё как сказала Нора: дверь просто примотана куском проволоки, продетым в две проушины, явно приваренные позднее. Стив откручивает проволоку.

– Опять кто-то идет, – произносит еще один голос. Наверно, это Ян.

Пару секунд взгляд блуждает по окрестностям, по стенам, откосам портовых построек, проезжающим мимо машинам. Лицо. У Яна рыжие вихры, маленькая бородка и обгоревший нос.

– Сейчас, – говорит Стив.

И вот проволока вынута, дверь можно открыть. За ней полная темнота. Они включают фонари, заходят внутрь, закрывают за собой дверь.

– Теперь тихо, – шепчет Стив. Как призрачные пальцы, лучи света ползают по полу, стенам и потолку.

Пигрит наклоняется ко мне.

– А что, если субмарина охраняют? – шепчет он.

Я напряженно вдыхаю.

– Сиди уж тихо, – шепчу я в ответ. – Это тебе могло бы и раньше в голову прийти.

Изображение постепенно приспосабливается к скудному освещению.

– Ну что, у входа всё довольно неплохо, – слышим мы голос Харуки. – Здесь может быть гардероб. А там впереди – касса… я прямо вижу ее.

– Совершенно чумовое местечко, – считает Ян.

– Да-да, – нетерпеливо соглашается Стив. – Пойдем еще посмотрим.

Отец Пигрита откашливается.

– Я правильно понимаю, что эти двое не посвящены в курс дела? Они, похоже, действительно верят, что вся эта акция устроена, чтобы проверить, годится ли цех для вечеринок.

Миссис Бреншоу кивает.

– Всё верно, Харуки и Ян не входят в нашу организацию.

– Но, – замечает Нора, – нам придется их завербовать, если мы найдем субмарина.

– Если, – говорит миссис Бреншоу.

На голограмме снова всё мелькает, резкая смена света и темноты. Они спускаются по лестнице вниз, перила частично проржавели и развалились. Двери. Коридоры. А потом зал, огромный, с проходом посередине и большими черными квадратами справа и слева.

– Здесь не очень удобно танцевать, – замечает Харуки.

Стив направляется к первому резервуару.

– Давайте поглядим, что там внутри.

– Ну что там может быть? Морская вода, – слышен голос Яна.

Лучи света пробегают по краям резервуара, но выхватывают только бетон и воду. Стив просвечивает все углы, прежде чем перейти к следующему.

– Говорю же тебе. Морская вода. Ой, какой сюрприз – и тут тоже. А тут… еще немножко водички, – издевается над ним Ян, которому эта инспекция кажется совершенно лишней.

Стив не обращает на него внимания. Он обходит все резервуары, просвечивает каждый из них – везде пусто.